Кино преломляет свет, как смальта в церковной мозаике

Учился у Достоевского
Диалог с лауреатом Каннского кинофестиваля проходил в Национальном центре «Россия» в Ханты-Мансийске. Участники смогли узнать о его творческом пути, источниках вдохновения и взгляде на современное кино.
Сербский режиссер, автор фильмов «Жизнь как чудо», «Андеграунд», «Папа в командировке», «Черная кошка, белый кот», за которые он получил целый ворох престижнейших кинонаград, рассказал гостям фестиваля о своем видении искусства, впечатлениях от визитов в Югру и ответил на вопросы киноманов. Главной темой встречи стала душа в кино.

– Когда мы видим, что в фильме нет души, – значит, кто-то ее украл. И чтобы ее вернуть, нужно снимать с душой, – сказал кинематографист.

Мастер посетовал, что сегодня не модно следовать этому принципу. Но именно такой подход позволяет создавать кино, которое остается со зрителем надолго.
Гостям встречи было интересно узнать о том, как режиссер видит современное кино. Кустурица отметил, что сегодня фильмы часто воспринимаются через телефоны и стриминговые сервисы, что меняет восприятие зрителей: по его словам, важно сохранять целостность фильма и его эмоциональное воздействие.
Отдельно режиссер обратился к молодым кинематографистам, призвав их быть храбрыми и не поддаваться влиянию рынка. В этом он видит главную задачу нового поколения авторов. Говоря о вдохновении, Кустурица то и дело возвращался к Федору Достоевскому. По его словам, в русской литературе прописаны все тайны жизни:

– Именно у Достоевского я научился тому, что людей не надо осуждать. Надо понимать людей, любить людей, обнимать людей. И я снимал все фильмы с любовью к каждому герою, никого не осуждая. Я из небольшого местечка Балканского полуострова, поэтому мой взгляд на мир должен был быть другим. Мне посчастливилось найти свой путь. И каждый человек под влиянием обстоятельств должен создать свой язык кино, – заявил режиссер.

Тарковский и Феллини
Еще он призвал российских авторов гордиться своим наследием, заметив, что многие режиссеры с мировым именем вдохновлялись творчеством наших режиссеров. В пример Кустурица привел легендарного Стэнли Кубрика («2001 год: Космическая одиссея», «Цельнометаллическая оболочка» и другие), который восхищался работами не только великого Сергея Эйзенштейна, но и другого советского классика, создателя таких картин 30–40-х годов, как «Суворов», «Мать», «Минин и Пожарский», «Адмирал Нахимов» и другие, Всеволода Пудовкина.

– Архитектор создает здание, комплекс, город. А режиссер создает некие последовательности событий, которые никогда не были реальностью. Но они происходят в нашем воображении, как будто здесь и сейчас. Я начал снимать фильмы в 70–80-е. Это был период, когда мы еще открывали для себя, что вообще такое киноискусство. И я открыл для себя метафору в фильмах Довженко, я открыл для себя подход к фильму как к портрету у выдающегося Всеволода Пудовкина. Потом я открыл для себя иронию. Это лучшая защита от коммунизма и от всех социальных условий, в которых мы живем. Ну а Феллини – это человек, который отошел от нарративной структуры фильма. Так же поступил и Тарковский. Он создавал огромные полотна на основании икон святых. И это не классический нарратив. Ты мучаешься, когда смотришь эти фильмы, точно так же, как при создании мозаики в церкви из кусочков смальты. Но эти кусочки преломляют свет так же, как преломляют свет картины Тарковского, – поделился режиссер своим восприятием киноискусства.

Решение связать свою жизнь с кинофестивалем в далекой холодной Югре он объяснил философски:

– Еще когда я был ребенком, я всегда хотел попасть туда, куда меня не звали. Или я хотел попасть куда-то очень далеко, далеко от места, где я должен был находиться. Одновременно я хотел быть в двух местах. Может быть, в этом и заключается моя личная тайна, мой секрет, почему после Канн в 1995 году я отправился в небольшое местечко в Испании, а не в Сан-Тропе. Вся моя жизнь наполнена и красными дорожками, и огромным желанием, чтобы меня не было на этих красных дорожках. И вы мне задаете вопрос: почему же я здесь, в Сибири, в Ханты-Мансийске? Может быть, вы задумываетесь, почему я не на юге Франции, где тоже идут фестивали? Я всю жизнь выбирал более сложные жизненные обстоятельства. Я не искал дорожку полегче, я всегда выбирал трудный путь, где есть вызовы.

Отметим, что Кустурица не первый раз в Югре и с тех пор, как он стал президентом фестиваля, успел проникнуться самобытной атмосферой региона. На днях вместе с губернатором Русланом Кухаруком он посетил Национальный центр «Россия», где познакомился с экспозицией «Увидеть Югру – влюбиться в Россию!». Режиссер смог больше узнать о традициях коренных народов Севера и ключевых достижения автономного округа.
Эмир признался, что влюбился в местный климат, где можно соединить суровые морозы с купанием в горячих источниках. И добавил, что собирается в очередной раз посетить наши сибирские термы.